Олимпийское здоровье проектов 1

Внешэкономбанк создает собственную инжиниринговую компанию, проблема которой - осуществлять комплексную оценку хода строительства финансируемых объектов

Фото: Петр Антонов/Agency.photographer.ru

Чтобы возвести объект, тем больше знаковый для экономики - будь то ГЭС, целлюлозно-бумажный комбинат или олимпийский комплекс, - недостаточно просто выделить большие деньги и нанять квалифицированных строителей. Чем многослойнее проект, в особенности если он предполагает создание не только промышленных мощностей, но и сопутствующей инфраструктуры, тем сложнее организационные и производственные связи между заказчиками и исполнителями. Тем сложнее банку, осуществляющему финансирование, оценивать, насколько результативно осваиваются выделяемые им средства: оптимальны ли сроки строительства, в действительности ли самые современные технологии используются в его процессе. И уж тем более - будет ли рынок сбыта у продукции, которую станет выпускать строящееся предприятие.

Выносить вердикты по всем этим вопросам - не банковская компетенция. Для таких целей во всем мире существуют инжиниринговые компании. Как правило банки привлекают их для комплексной оценки кредитуемых проектов. Внеш­экономбанк решил пойти другим путем - создать собственную инжиниринговую структуру. Какой она видится, какие задачи ей предстоит решать, рассказывает первый заместитель председателя Внешэкономбанка Анатолий Тихонов.

- Анатолий Владимирович, как появилась идея создания собственной инжиниринговой компании Внешэкономбанка?

- У Банка развития крайне большой кредитный портфель. Практически все финансируемые проекты - знаковые для экономики: микроэлектроника, глубокая переработка леса, инфраструктура. В качестве примера могу окрестить создание лесоперерабатывающего комплекса в Красноярском крае, сооружение в Татарстане нового интегрированного комплекса по производству аммиака.

Кроме того, по поручению правительства мы выступаем главным кредитором олимпийских объектов: банки развития традиционно принимают участие в финансировании таких проектов. Аккурат в связи с кредитованием олимпийских объектов Внешэкономбанк получил задание правительства, предписывающее, чтобы мы были не только главным кредитором этих проектов, но и контролировали материальный объем работ, что в свое момент делал Промстройбанк СССР. Это не праздное решение. Объективно есть олимпийский календарь, есть сроки. И мы должны четко понимать, что за наши деньги проект будет построен качественно и в срок.

Получив такое поручение, мы проанализировали, как может воздвигаться такая работа. Вообще, отмечу, участие банков в непосредственном управлении проектными рисками, мониторинг, контроль - это распространенная мировая практика при организации проектного финансирования. По сути дела речь идет о due diligence проектов, об их техническом, бюджетном и строительном аудите, то есть о процедурах, позволяющих сформировать объективное представление об объекте инвестирования, включая инвестиционные риски. В принципе таковый контроль осуществляем и мы, привлекая на рынке компании на аутсорсинге.

Но опыт российских компаний, к сожалению, недостаточен. Тому есть объективные причины: не было спроса на такую компетенцию. Например, целлюлозно-бумажные комбинаты, ориентированные на глубокую переработку леса, у нас не строились почти 30 лет. Крупнейшие заводы по производству "бумажных" машин, ижевский и петрозаводский, давно уже их не производят: заказов не было. Таких примеров достаточно и в других отраслях. И при строительстве каких-либо крупных объектов - той же Богучанской ГЭС, трубопровода "Транснефти" - именитые российские компании для проведения комплексной экспертизы обычно нанимают иностранных инженеров.

Мы задумались, стоит ли нам сходить по такому пути, то есть кого-то нанимать. Но потом пришли к выводу, что мы, как Банк развития, должны такую компетенцию в России создать. При этом решается и другая задача: если мы создаем такую компанию самостоятельно, то у нас и порядок ответственности повышается. И с "дочки" мы можем спросить по-другому , не только в рамках гражданско-правового договора, как со сторонних компаний, с которых мы в случае каких-либо нарушений при строительстве можем взыскать только в пределах гонорара.

- Своих и рассчитать можно. Но все же неочевидно, что аффилированность - это безусловный плюс.

- Есть всего два варианта - либо нанимать, либо создавать. Причем создавать с участием иностранного партнера, поскольку, повторю, собственной компетенции такого рода в стране нет. И структур, способных сотворить такую компетенцию, помимо Банка развития, на свойский взгляд, также нет. Другое дело, что неочевидно, будет ли нужна нам эта группа всю жизнь. Не исключено, что когда мы создадим эту структуру, заведем в нее образовательные программы и получим опыт, то позже, скажем, в пятилетней перспективе, мы ее продадим. Во всяком случае, мы обсуждали такую возможность.

- Задумывается ли эта инжиниринговая фирма как универсальная или вы будете создавать ее под какие-то конкретные задачи? Или это будет без затей оценочная компания?

- Нет, речь не об оценочной компании. Как раз об инжиниринговой. Главные задачи такой структуры при банке - это контроль качества проектных и строительных работ, выполняемых за счет банка, управление проектными рисками банка (в том числе надзор за расходованием направляемых средств, за их целевым использованием), контроль за соблюдением проектных решений и сроков.

Вопрос по поводу отраслевой специализации справедливый. В нашем кредитном портфеле представлены на практике все основные отрасли. И конечно, единственный из критериев выбора нами иностранного партнера - как можно более широкая компетенция. Иной критерий - существование опыта участия в олимпийских проектах. Имена рассматриваемых кандидатур в партнеры называть в то время как не стану, конкурс ещё не завершен.

- Чаще практикуется иной подход. Крупные компании, когда для себя какой-то проект определяют, ищут на рынке узкоспециализированного инжинирингового лидера.

- Это немножко другое. Вы говорите об организаторе строительства. А мы преследуем цель, создав инжиниринговую компанию, заполучить компетенцию, которая бы позволила нам осуществлять технический и финансовый аудит проекта. Но если с финансовым аудитом у нас все нормально, то с техническим проблема. А одно без другого не живет. Гроши тратятся - но куда они тратятся? Что за эти финансы создается?

- Расскажите о технических моментах создания этой компании. Понятно, что, покуда конкурс по выбору иностранного партнера не завершен, имя кандидата вы не назовете. Но каковы сроки создания структуры? В чем будет выражаться участие Банка развития - в формировании уставного капитала, в чем-то еще?

- Про потенциального иностранного партнера могу добавить, что большинство компаний, участвующих в конкурсе, глобальные, они работают во многих странах. Предполагается, что в этом проекте у Внешэкономбанка будет контрольный пакет. Финансовые затраты банка на создание компании - только взнос в уставный капитал. Это не будут большие деньги, потому что компания сразу же начнет генерировать польза за счет формирования портфеля заказов. Мы ожидаем, что она будет обслуживать не только проекты Банка развития, но точно сможет участвовать в других проектах на рыночных условиях: конкурировать с теми же иностранцами на нашем рынке, предлагать свои услуги и как организатор строительства.

К первому декабря мы определим партнера. С нового года компания должна будет работать.

- Как предполагаете находить решение кадровые вопросы, если такой компетенции в стране нет?

- Действительно, самое главное - это обучить людей. Люди у нас умные. Но инжиниринг - это технологии. Может быть, они и простые. Но у нас, к сожалению, утрачена проектная школа. Те технологические аварии, что происходят в последнее время, - это ошибки проектирования в чистом виде. Править проектом можно, только глубоко понимая техническую сторону. Мы смотрели продукты, на базе которых может быть управление проектом. По большому счету, их разрешено купить. Но это другое все-таки. Значимо воссоздать собственную школу, научить наших инженеров трудиться по современным моделям.

- Задача не быстрая, а сроки-то , в частности по олимпийским объектам, безупречно конкретные. Успеете?

- Должны, будем стараться. На самом деле, в первостепеннный год работы это будут просто проектные группы по конкретным отраслям. В первое время их, конечно, будут возглавлять иностранцы. Но там будут и наши специалисты, которые будут обучаться в процессе работы. Мы понимаем, что на первом этапе у нас основная количество сотрудников будет от иностранного партнера. Но сию минуту же начнет действовать программа подготовки российских специалистов. Причем, так сказать, с производственной практикой.

- Насколько явление дополнительной обслуживающей структуры может увеличить цена кредита для заемщика?

- Ни насколько. Они и сейчас оплачивают подобные услуги. Каждый банк при финансировании ставит условие, чтобы была нанята компания, которая бы осуществляла комплексный аудит.

- Но вы сторонним аудиторам не целиком можете доверять?

- У нас проекты весьма своеобразные и высокотехнологичные. Мы получаем проект, на который имеется заключение Главгосэкспертизы. О чем оно нам говорит? О том, что ведомство посмотрело план и подтверждает, что в этом промышленном здании стены истинно будут стоять, крыша будет держаться, вода будет подана и станок, который там установят, никуда не денется. Эта экспертиза, безусловно, сильно нужна. Но нам немаловажно еще понимать, что именно этот станок будет производить, и вообще, правильная ли технология выбрана. Насколько современно предполагаемое оборудование? У нас должно быть какое-то подтверждение обоснованности нашего решения.

- И в этом случае вы уже сможете не только финансировать, но и строить...

- Именно. Оттого логика "доверяй, но проверяй".

- Но в этой логике наверное получится дублирование, какой-то вариант Госплана. Это ведь утяжелит процедуру.

- Многие давно хотят, чтобы у нас в стране появился хоть какой-то аналог Госплана. Я тоже, если честно, не вижу ничего плохого в планировании. Советская организация планирования была не так уж плоха, особенно в том, что касалось размещения производственных мощностей. К примеру, к нам обращаются два претендента из соседних областей на строительство, условно, цементного завода. В каком из двух регионов строить? Цемент, понятно, нужен всегда. Но два завода рядом - это переизбыток. Как определить, кто из претендентов предлагает более современные и действенные технологии, более оптимальные условия строительства? Чьи технологии круче? Это как раз вопросы планирования, проектирования, инжиниринга.

Это кроме того вопросительный мотив грамотного контроля за расходованием средств. Сейчас многие строительные компании отстают от графиков, представленных в бизнес-планах. Конечно, кризис привнес свои коррективы. Но мы должны совершенно точь-в-точь понимать, чем вызвано отставание - объективными причинами или неправильными управленческими решениями. Это еще один довод в пользу логики "доверяй, но проверяй". Или, например, известны случаи, когда наши крупные компании вынуждены были уже в ходе работ нанимать организаторов строительства, и иногда дело заканчивалось перепроектированием уже утвержденного проекта.

По поводу "утяжелит - не утяжелит". Наша задача, чтобы процедура не утяжелилась. По большому счету, если бы не наше сегодняшнее опасение что-то перебюрократизировать и усложнить, то нужно бы действовать комплексный аудит проектов. Но это долго. И это означает окончательно себя затаскивать в несвойственные функции.

- Когда появится структура, оценкам которой вы сможете доверять, банк, по идее, должен почувствовать себя увереннее. Расширится ли финансирование?

- Мы в текущий момент работаем в шибко напряженном режиме. У нас как собак нерезаных проектов находится на рассмотрении, очень немало задач, которые мы уже решаем. Сказать, что их будет еще больше, по-моему , было бы безответственным. Создание инжиниринговой компании позволит нам более качественно понимать, что мы финансируем. Но не более того.

Keywords: